"Информация о здании": Два строения под общим № 27 – два флигеля усадьбы купцов Журавлёвых, построенные ещё в начале XIX века и перестраивавшиеся в конце 1850-х годов. Когда-то одноэтажные флигели были соединены оградой с въездными воротами, которые вели к главному дому усадьбы, находившемуся около современного Садовнического проезда. Главный дом, постройка которого относилась ещё к началу XVIII века, был снесён в середине ХХ столетия. Братья Роман и Гаврила Журавлёвы в 1740-е годы были храмоздателями церкви Параскевы на Пятницкой улице, в приходе которой проживали их семьи. Журавлёвы были одними из крупнейших промышленников XVIII века, владели суконной фабрикой, торговали пушниной, занимались откупами. Любопытная деталь планировки усадьбы: от въездных ворот стены флигелей были построены под углом, и двор расширялся по направлению к главному дому. Из дома казалось, что улица находится дальше, чем на самом деле. Впоследствии над флигелями надстроили вторые этажи. В 2005 году над северным флигелем надстроили мансардный этаж. За флигелями, в дальней части владения, рассечённого ныне трамвайными путями, высится один из «тучерезов» знаменитого архитектора Эрнста-Рихарда Нирнзее (Климентовский переулок, дом № 2). Он был построен для купца Михаила Ивановича Бабанина перед самой Первой мировой войной. Бабанин торговал галантерейным товаром, был совладельцем торгового дома «М.Бабанин и Ф.Бачурин». Был он и церковным старостой соседнего Пятницкого храма. Умер Бабанин в 1917 году, ещё до Октябрьского переворота и национализации. Один из его сыновей, Владимир, после смерти отца на протяжении десяти лет также был старостой церкви Святой Параскевы Пятницы. Позже его арестовали и дали десять лет лагерей. Другой сын, Константин, был актёром МХАТа и одним из организаторов студенческого театра МГУ. После революции в доме появилось много густонаселённых коммуналок, как впрочем, и в большинстве других дореволюционных доходных домов. Старожилы вспоминают, что местная бабанинская шпана славилась своей удалью по всей округе. На самом верху под крышей два больших круглых окна – «глаз быка». Из одного окна смотрели на Пятницкую улицу, на Святого Климента, на Кремль художники, отец и дочь, Макс и Анна Бирштейны, имевшие в этом доме мастерскую. В подъезде дома, на полу, до сих пор сохранилась метлахская плитка начала ХХ века. Два строения под общим № 27 – два флигеля усадьбы купцов Журавлёвых, построенные ещё в начале XIX века и перестраивавшиеся в конце 1850-х годов. Когда-то одноэтажные флигели были соединены оградой с въездными воротами, которые вели к главному дому усадьбы, находившемуся около современного Садовнического проезда. Главный дом, постройка которого относилась ещё к началу XVIII века, был снесён в середине ХХ столетия. Братья Роман и Гаврила Журавлёвы в 1740-е годы были храмоздателями церкви Параскевы на Пятницкой улице, в приходе которой проживали их семьи. Журавлёвы были одними из крупнейших промышленников XVIII века, владели суконной фабрикой, торговали пушниной, занимались откупами. Любопытная деталь планировки усадьбы: от въездных ворот стены флигелей были построены под углом, и двор расширялся по направлению к главному дому. Из дома казалось, что улица находится дальше, чем на самом деле. Впоследствии над флигелями надстроили вторые этажи. В 2005 году над северным флигелем надстроили мансардный этаж. За флигелями, в дальней части владения, рассечённого ныне трамвайными путями, высится один из «тучерезов» знаменитого архитектора Эрнста-Рихарда Нирнзее (Климентовский переулок, дом № 2). Он был построен для купца Михаила Ивановича Бабанина перед самой Первой мировой войной. Бабанин торговал галантерейным товаром, был совладельцем торгового дома «М.Бабанин и Ф.Бачурин». Был он и церковным старостой соседнего Пятницкого храма. Умер Бабанин в 1917 году, ещё до Октябрьского переворота и национализации. Один из его сыновей, Владимир, после смерти отца на протяжении десяти лет также был старостой церкви Святой Параскевы Пятницы. Позже его арестовали и дали десять лет лагерей. Другой сын, Константин, был актёром МХАТа и одним из организаторов студенческого театра МГУ. После революции в доме появилось много густонаселённых коммуналок, как впрочем, и в большинстве других дореволюционных доходных домов. Старожилы вспоминают, что местная бабанинская шпана славилась своей удалью по всей округе. На самом верху под крышей два больших круглых окна – «глаз быка». Из одного окна смотрели на Пятницкую улицу, на Святого Климента, на Кремль художники, отец и дочь, Макс и Анна Бирштейны, имевшие в этом доме мастерскую. В подъезде дома, на полу, до сих пор сохранилась метлахская плитка начала ХХ века.